Майн Рид. Всадник без головы
Страница 100

Больной получил очень большое удовольствие, лакомясь деликатесами из корзинки, но мысли его были еще приятнее -- он мечтал о той, чья забота была ему так дорога.

Неужели этот великолепный подарок сделала молодая креолка -- кузина и, как говорили, невеста его злейшего врага?

Это казалось ему маловероятным. Но если не она, то кто же?

Мустангер отдал бы лошадь, целый табун лошадей, лишь бы подтвердилось, что щедрый подарок прислан Луизой Пойндекстер.

Прошло два дня, а тайна оставалась нераскрытой.

Вскоре больного опять порадовали подарком. Прибыла такая же корзинка с новыми бутылками и свежими лакомствами.

Они опять начали расспрашивать служанку, но результаты были те же: "Джентльмен привез, незнакомый джентльмен, тот же самый, что и тогда". Она могла только добавить, что он был "очень черный", что на нем была блестящая шляпа и что он подъехал к гостинице верхом на муле.

Казалось, Морис не был доволен этим описанием неизвестного доброжелателя; но никому, даже Фелиму, не поверил он своих мыслей.

Два дня спустя после того, как была получена третья корзинка, доставленная тем же джентльменом в блестящей шляпе, Морису пришлось забыть свои мечты. Это нельзя было объяснить содержимым корзинки, которое ничем не отличалось от прежних. Дело скорее было в письме, привязанном лентой к ее ручке.
- Это всего лишь Исидора,-- пробормотал Морис, взглянув на подпись.

Потом, равнодушно развернув листок, стал читать написанное по-испански письмо. Вот оно -- в точном переводе.

"Дорогой сеньор!

В течение недели я гостила у дяди Сильвио. До меня дошли слухи о вашем ранении, а также о том, что вас плохо обслуживают в гостинице. Примите, пожалуйста, этот маленький подарок, как память о той большой услуге, которую вы мне оказали. Я пишу уже в седле. Через минуту я уезжаю на Рио-Гранде.

Мой благодетель, спаситель моей жизни... больше того -- моей чести! До свидания, до свидания!

Исидора Коварубио де Лос-Льянос".
- Спасибо, спасибо, милая Исидора! -- прошептал мустангер, складывая письмо и небрежно бросая его на одеяло.-- Всегда признательная, внимательная, добрая! Не будь Луизы Пойндекстер, может быть, я полюбил бы тебя!