Луи Буссенар. Капитан Сорви-голова
Страница 204

Командующий английским авангардом решил одним сильным натиском захватить позицию, защищаемую столь малочисленным отрядом

У англичан проиграли атаку. Грянуло солдатское "ура". Вихрем помчались драгуны.
- Залп! - скомандовал Сорви-голова, когда всадни-ки были на расстоянии четырехсот метров.

Буры выполнили приказ с удивительной четкостью: в одно и то же мгновение справа, слева, в центре раздался сухой треск выстрелов.

Секунда затишья - и снова:
- Залп!

Действие огня буров было ужасно. На земле копошились, корчились в предсмертных судорогах и катались от боли сраженные на полном скаку люди и кони.
- Forward!! Forward.. - командовали английские офицеры.

Оглушительно ревели горны, солдаты орали, подбадривая себя криками.
- Беглый огонь! - громким голосом приказал Сорвиголова.

Последовала ошеломляющая пальба, которая в один миг уложила половину вражеского полка.

Подход к ущелью был буквально завален телами убитых и раненых и трупами лошадей. Трудно даже представить себе, какое огромное уничтожение способна произвести горстка решительных, смелых и дисциплинированных солдат. Но сильно поредевший, расстроенный, обагренный кровью драгунский полк все же домчался до траншеи, занятой непоколебимыми, как скала Молокососами.

О, храбрые ребята!

Кони их топтали, в них с ходу стреляли кавалеристы, а они стойко держались, не отступая ни на шаг. Выстрелами в упор они валили первые ряды неприятеля, в то время как перекрестный огонь засевших на флангах буров буквально уничтожал последние его ряды.

Но все же одному английскому взводу удалось ворваться в ущелье. Десятка два каким-то чудом уцелевших всадников под водительством молодого офицера на великолепном коне прорвались сквозь строй засевших в окопе Молокососов.

Но они тотчас же оказались отрезанными от своих. Сорви-голова и Поль Поттер одновременно узнали врезавшиеся им в память черты молодого лейтенанта, хотя на нем и не было теперь живописной шотландской формы.
- Патрик Ленокс! - вскричал Жан.
- Сын убийцы! - проворчал Поль, ненависть которого осталась все такой же неукротимой.

Вспыхнули выстрелы, и взвод, точно скошенный, повалился на землю. Конь Патрика был убит наповал.